Первый отдел

После продолжительной командировки, посвященной раскрытию сложного и резонансного преступления, следователь Юрий Брагин возвращается в Санкт-Петербург. Его ожидает новость о скором уходе на пенсию действующего руководителя Первого следственного отдела, что создает прямую перспективу карьерного роста для самого Брагина. Однако для Юрия продвижение по службе не является самоцелью, его истинное призвание – это практическая, «живая» следственная работа, где он может применить свой талант и опыт для непосредственного раскрытия преступлений. Вместо того чтобы погрузиться в бумажную рутину и административные вопросы руководящей должности, он вскоре снова получает назначение в командировку, что полностью соответствует его собственным желаниям и профессиональным устремлениям. На этот раз его путь лежит в один из небольших городков Ленинградской области, где в течение короткого промежутка времени, с разницей всего в неделю, были совершены два жестоких убийства молодых девушек. Местная полиция, столкнувшись с необычным и пугающим преступлением, нуждается в помощи опытного специалиста из столицы. Особенность этого дела заключается в специфике самого городка, где все жители тесно знакомы друг с другом, а связи и отношения переплетены многолетней историей. Эта кажущаяся открытость и прозрачность жизни маленького сообщества на деле становится серьезным препятствием для следствия. Подозрения могут падать на любого, но при этом каждый имеет алиби, основанное на свидетельствах соседей или родственников, а страх, недоверие и желание скрыть мелкие тайны мешают людям говорить откровенно. Брагину предстоит не просто искать материальные улики, но и осторожно разбираться в хитросплетении местных отношений, скрытых конфликтах и неочевидных мотивах, чтобы найти того, кто смог воспользоваться атмосферой всеобщего знакомства для совершения и сокрытия своих ужасных деяний. Его работа превращается в тонкую психологическую и аналитическую операцию в условиях, где формальные методы расследования наталкиваются на стену молчания или, наоборот, на избыток противоречивых частных мнений и домыслов.